Skip to content

Словарь «Экономика и финансы»

by admin on Август 17th, 2014

Скачать фрагмент словаря

У ИСТОКОВ БАНКОВСКОГО ДЕЛА

ПРИГЛАШЕНИЕ К ТРАПЕЗЕ. Пусть читателя не удивляет слово «трапеза», ибо оно имеет непосредственное отношение к финансам вообще и банковскому делу в частности. Это потому что древние греки обедали за столами, представляющими собой доску на трех ножках (греч. trapesa — стол; от treis — три + pous, pesa — нога, стопа). Греческая трапеза – это, прежде всего, трёхногий стол со столешницей, напоминающей известную математическую фигуру – трапецию, а потом уже «еда»!

С VI в. до н.э. на рыночных площадях греческих городов стали появляться денежные менялы, восседавшие за такими столами, что дало повод называть их трапезниками. Целые дни среди рыночной толчеи они проводили под легкими навесами из ткани или тростника; при них нехитрый реквизит: поднос, напильник, рычажные весы «особой точности». Греческие трапезники оказались совершенно новой категорией древнейшей профессии торговцев, без которых дальнейшее развитие экономических и политических отношений становилось невозможным. С их появлением открылась начальная страница во всемирной истории банковского дела.

Дело в том, что каждый «уважающий себя» город-полис (так назывались суверенные греческие мини-государства) выпускал в оборот деньги с символами собственной независимости. Деньги острова Мелос можно было узнать по изображению яблока (с греч. «мелон» — яблоко), Родоса – розы («родон» — роза), Селинунта -  сельдерея («селинон»). На Эгине на монетах чеканили изображение черепахи, в Эфесе — пчелы, на Крите – схему коридоров запутанного лабиринта. Афинские монеты украшала голова защитницы и покровительницы города – богини Афины, на аверсе – мудрой совы. В Древней Греции городов было более тысячи, но их монеты не имели хождения на рынках даже у соседей.

Некоторые полисы, понимая затруднения в межгосударственной торговле, договаривались чеканить деньги на общем монетном дворе: например, на Эгине, в Афинах, в Коринфе, в Таренте (Италия) и других крупных экономических центрах эллинского мира. В основном «работала» аттическая монетная система: 1 талант = 60 мин = 6000 драхм — 36000 оболов; 1 мина = 100 драхм = 600 оболов; 1 драхма = 6 оболов; 1 обол = 6 медных халков; 1 халк = 2 лепты, самой мелкой монеты. Существовали тетрадрахмы (4 драхмы), статер (2 драхмы) – в золоте или серебре. Чеканили двухдрахмовые монеты и двухоболовые, четырехрболовые и полуоболы. Единственной золотой монетой, выпускавшейся в Греции, был статер, равнявшийся 20 сер. драхмам. Бронзовые монеты появились только к концу V в. до н. э., железные имели хождение только в Спарте и, немного, в Византии.

***

Первые греческие трапезники по происхождению были рабами, так как идеология свободнорожденного эллина, особенно аристократа, не позволяла признавать торговую деятельность престижной. Рабам нередко давали свободу, чтобы они могли заняться выгодным для хозяина ремеслом. К таковым профессиям относились трапезники.

На греческих рынках торговали иноземные купцы, в основном из Малой Азии; у них особенно имелась нужда обменивать свои деньги на местные, и наоборот. За этим приходилось идти в лавку грека-трапезника, где он добросовестно сравнивал ценность каждой монеты, проверяя вес и содержание ценных металлов, обменивал на местные по «правильному курсу денежному курсу». Определялась степень износа предъявляемой клиентом монеты и возможность её перечеканки или подделки, поскольку вероятность появления на рынках фальшивых монет в то время была высока. За услугу полагалась аплаге – определенная плата. Геродот сообщает, что во время осады о.Самос войском Спарты (VI в. до н.э.) правитель самосцев, тиран Поликрат, выплатил большой выкуп. Только дома спартанцы обнаружили вместо золотых монет… позолоченный свинец! Поликрат понимал, что заниматься подделкой денег – «не хорошо», но в данном случае остров был спасен от разорения. Хотя проделка тирану не сошла с рук: по жалобе Спарты, Поликрата пригласил в гости персидский сатрап Эрот, по приказу которого его казнили в Магнесии (522 г. до н.э.).

Если верить писателю Диогену Лаэртскому (III в.), известный философ Диоген из Синопа в юности, помогая отцу в меняльной лавке, подделывал монеты. Сограждане уличили его и приговорили к изгнанию. Позже Диоген со смехом вспоминал, что «бежал сам в страхе перед наказанием… Но благодаря изгнанию стал философом».

Рыночные трапезники, работавшие поначалу по принципу, кто как может, со временем специализировались по степени сложности работы с клиентами. Они даже объединились в некое подобие ассоциации под присмотром государства. Одни вели дело с простонародьем, занимаясь взвешиванием и обменом мелких монет – медных оболов, за что их с оттенком презрения называли оболостатами. Другие, имея дело с серебром и золотом, имели дела только с богатыми клиентами – тогда это были аргирамобы. Подобные попытки предпринимались и на официальном уровне.

Цари и другие правители государств, периодически вступая между собой в соглашения, признавали определенные монеты средством платежа на всей территории конкретного «торгово-экономического союза». Согласовывались курсы, по которым эти монеты могли обмениваться. По этой причине власти иногда пытались влиять на трапезников, контролируя их финансовую деятельность. В Эфесе, например, государственное вмешательство ограничивалось законодательной регламентацией их прав и обязанностей. В Византии запрещалось «вольное» трапезитство, но право можно было купить у государства, взять на откуп. В обмен монополия трапезников охранялась государством, но их операции и размеры допустимых процентов строго регламентировались. Например, в Дельфах действовал закон, устанавливающий максимальный процент по займу у частных лиц и ассоциаций различного рода в размере 8,5 или 6 %, когда обычной ставкой по другим городам были пресловутые 12 %.

В результате победоносного Восточного похода армии Александра Македонского население греческих городов в короткие сроки непредсказуемо обогатилось. Появились «лишние деньги», с которыми надо было ещё учиться обращаться, как гражданам, так и трапезникам. Первые старались не держать дома большую наличность, а другие принимали её на хранение, получая процент, или же отдавали чужие деньги в рост с определённой выгодой. Размер процентов не всегда был точно определён законами: наиболее низкий – 10%, наивысший – 36%. А вот когда выдавали займы, получали прибыль, достигавшую иногда 100%!

Надо ли сомневаться в том, что с некоторых пор малоприметный рыночный меняла-трапезник со временем стал уважаемым трапезитом, что было равноценно с современным банкиром! Трапезиты научились заводить на клиентов «приходно-расходную книгу», где велись записи по хранимому капиталу, долговым распискам и финансовым обязательствам. Обычно деловые встречи с клиентом происходили без свидетелей, сделки между ними основывались на взаимном доверии – всё под расписки! При этом законы чести, подкрепленные вниманием государства, не позволяли обеим сторонам нарушать договорённости. Уважение к греческим трапезитам настолько возросло, что, во-первых, этой деятельностью стали заниматься не только вольноотпущенники из рабов, но и метеки – эллины, прибывшие из других городов, и представители аристократических семей. Многие семьи отдавали на хранение свободные деньги и свои собственные заёмные письма; трапезитов приглашали в качестве надёжных свидетелей, когда заключались и расторгались важные деловые договоры и контракты.

По мере развития торговых отношений в греческом обществе зародилась выдача «дорожных денег» (прототип векселей). Торговцу, паломнику или путешественнику стало возможным отправляться в путь, полный опасных приключений, без наличных средств. Один трапезит получал от клиента деньги, все сполна и с процентами за услуги, отдавал ему в руки письмо-распоряжение своему партнеру в другой город. А там клиент получал от местного трапезита обозначенную сумму денег.

Интересно знать, как и где хранились денежные средства вкладчиков. При раскопках храма Аполлона на о.Делос археологи обнаружили огромный подвал, а в нём – «систему хранения»; условно ее назвали «Система горшков». Горшки стояли в четыре ряда и в них были уложены запасы, указывалась сумма вложения, источник и дата поступления. Ряды обозначались буквами алфавита. Сумма вкладов по одному ряду должна, по подсчётам, составляла 76 278 драхм, а в целом резерв определяется в 100 000 драхм. Помимо керамических горшков использовались ёмкости из других материалов, таких как металл, дерево, кость, кожа и др, и даже подобие «несгораемых сейфов». По сути, все греческие храмы из-за «священной неприкосновенности» являлись самыми надёжными государственными резервными фондами. Но такие вклады не участвовали в обороте, хотя иногда оттуда выдавались долгосрочные кредиты под невысокие проценты. С IV в. до н.э. в Греции появляются частные банки, которые тоже гарантировали сохранность денежных средств и давали возможность кредитования частным лицам.

Но банковская деятельность предполагала не только доходы. По свидетельству античных авторов, случались и неприятности. Философ-киник Менипп (III в. до н.э.) «бывший раб, занимался суточными ссудами и за это даже получил прозвище. Он ссужал деньги корабельщикам, брал страховки и накопил большое богатство; но, в конце концов, стал жертвой злоумышленников, впал в отчаяние и удавился». В IV в. до н.э. оказались известными громкие случаи разорения трапезитов: «Аристолох вынужден был отдать всё свое имущество по искам вкладчиков… Созином и Тимодем тоже разорились… Гераклид сбежал от поручителей и клиентов за границу, что вызвало всеобщее негодование. Но и после его отъезда поручители продолжали распродавать имущество его семьи». Поэтому осторожные богачи размещали вклады у нескольких трапезитов. Более всего страдали трапезиты во время т.н. «амнистий» (сисасхия – «стряхивание долгов»), когда власть издавала бездумные указы «о прощении всех долгов, кому бы кто ни был должен». Должники ликовали, вкладчики лишались вкладов, а трапезиты — собственных займов. И всё – во имя популярности власти в народе!

***

Итак, отмечаем, что современный банковский кредит начинался двадцать пять веков назад в Древней Греции. Но такой кредит был больше потребительским, не производственным, поскольку использовался в основном для бытовых нужд. Займы под процент предоставлялись под залог движимого и недвижимого имущества, земли, домов, рабов, товаров и кораблей. Известно, что трапезиты вели торговые книги, в которых долги переписывались на третье лицо, «со счёта на счет». Существовали ипотечные займы, но их брали не для того, чтобы вложить деньги в выгодное дело и приумножить свое богатство, а для удовлетворения временных денежных потребностей непроизводственного характера или для уплаты налогов.

Неграждане данного города, наиболее активная часть трудового населения, не могли занимать деньги под залог недвижимого имущества, что тормозило развитие коммерческого кредита.  Ростовщический кредит вел к порабощению неисправных заемщиков их кредиторами. Обеспечением долга служила не только земля, но и личность заемщиков и членов их семей. По сообщению Плутарха, в Аттике в VII-VI вв. до н. э. «весь простой народ был в долгу у богатых… Многие брали в долг деньги под залог самих себя, так что заимодавцы имели право схватить их и обратить в рабов или продать заграницу». Легендарный правитель Афин Солон на время «исправил положение»: издал закон, отменяющий долговое рабство и долги вообще.

В результате захвата Греции Римом (II в. до н.э.) Афины, ведущее государство в Греции, утратило позиции экономического гегемона. Постепенно роль «большого трапезита» перехватил насильно эллинизированный Египет (эпоха македонских правителей Птолемеев). Здесь были открыты «царские банки», но в них заправляли трапезиты только из греков. В Александрии находился «центральный банк», тесно связанный с казначейством; его отделения существовали во всех крупных города Египта и за рубежом.  По этой причине греческая монетная система легла в основу денежной системы Римской империи, после чего она перешла слегка в измененном виде в Средневековье. Затем на протяжении многих веков получила распространение в Европе.

По выражению римского историка Гая Плиния Секонда (I  в.), «деньги дали начало алчности, ибо явилась возможность заниматься ростовщичеством и наживаться, не трудясь»…

 

КАК ЮНОНА ПОДАРИЛА МИРУ МОНЕТУ

Если у древних греков функции «банкиров» исполняли рыночные менялы, трапезиты, римляне на этот случай имели своих аргентариев (от лат. Argentum – серебро). Среди них были мензарии, которым поручалось размещение государственных денежных средств в надежные коммерческие предприятия. Под контролем государства они приводили в порядок отношения должников к заимодателям, проверяли деньги и ценности, проходящие в казну в виде налогов, конфискаций и иных установленных законами поступлений – на предмет выявления фальшивых или несоответствия содержания в них ценных металлов. Это было не лишним, поскольку в Римском государстве, особенно в провинциях, обращались монеты, качество которых заметно снижало фиск (государственную казну) за счет уменьшения содержания в них ценных металлов. Попадались монеты из меди, железа, свинца, олова с тонким покрытием из серебра или золота.

Ниже по «банкирскому» статусу находились нуммуларии, которые обменивали деньги и выдавали ссуды клиентам. Они же по поручению государственной администрации выплачивали жалованье служащим и наёмным солдатам в городах Империи – по переводу местным банкирам. Это были самые настоящие банковские операции по вкладам, депозитам, и займам, кредитам.

Доверие к банкам со стороны общества было огромное, поэтому не удивительно, что многие римские богачи поручали банкирам управление собственными мастерскими и производительными сельскохозяйственными виллами – с наймом рабочей силы, персонала и слуг, покупкой рабов, необходимыми платежами и взиманием доходных денег и, конечно, надёжной документальной отчётностью перед собственником. В интересах государства банкиры участвовали в распродажах имущества на аукционах, а в торговых делах – как маклеры и оценщики. Римские банкиры, частные и государственные, объединялись в профессиональную Коллегию, которая размещалась на Форуме близ храма бога Януса Двуликого, соответственно, находились под его защитой: бог «входа и выхода», «начала и окончания» гарантировал удачное завершение любого банкирского предприятия.

***

До появления у римлян металлических денег при купле-продаже существовал общий эквивалент — домашний скот: быки и овцы. Отсюда сохранился термин pecunia«деньги» (от лат. pecus — скот). Позднее в оборот ввели медные и бронзовые бруски. По легенде, царь Сервий Туллий (VI в. до н.э.) первым предложил выбивать на брусках знаки, указывающие вес. На таких «деньгах» встречаются изображения животных. Через два столетия в Риме уже чеканили монеты, по примеру греков – серебряные ассы (327 гр.) и драхмы (4.25 гр.). В III в. до н.э. появляются денарии (10 ассов) и сестерций (2 асса). Примечательно, что римские монеты имели хождение совместно с греческими деньгами. Принимался и греческий серебряный талант (26,2 или 37,24 кг), как мера веса, и монета.

Монета получила название «по вине» богини Юноны: как покровительница римлянок, она носила имя Moneta («Блюстительница»). Храм Юноны был выстроен на Капитолии рядом с предприятием по изготовлению металлических денег – «Officina Monetae» («Монетный Двор»).  В республиканский период чеканкой монет ведали Сенат, в дальнейшем осуществлялся контроль императорской администрации. Монетный Двор нередко передавался на откуп частным лицам, как обычное ремесленное производство.

Поначалу банковским делом в Риме занимались лица греческого происхождения. Потом за это брались люди из других стран и сами римляне. Появились банковские операции приема вкладов, их хранения, переводов и использования в кредитовании. Совершенствовался процесс хранения вкладов граждан. После проверки достоинства монет их складывали в емкости (кувшины, мешки, корзины, сундуки) и опечатывали в присутствии свидетелей. Свидетели прикладывали свои печати, а контролер делал свой специальный знак. Этим он брал на себя ответственность за содержимое емкостей. В таком виде деньги могли перевозиться и использоваться как средство платежа.

Римские богачи предпочитали держать свободные деньги в банках, получая до 50% прибыли. По литературным источникам нам известны имена знаменитых «вкладчиков» – Красс (8 000 тал.), Лукулл (1 000 000 сест.), Брут (40 000 000 сест.), Сенека (300 000 000 сест.). Многие политики и государственные деятели заражались своеобразной «болезнью» – получая большие деньги по своим вкладам в банки, они стремились к еще большим деньгам. Поэтому банкиры имели сильное влияние в обществе, хотя отношение к ним со стороны общества и власти было не однозначным. Цицерон в одной из своих судебных речей заявляет «о нравственной испорченности»: «Разве он не соткан весь, с ног до головы из лжи, плутней и обмана? Он для того и бреет всегда голову и брови, чтобы о нём можно было сказать, что на нем нет ни волоска честного человека».

Римские банкиры не всегда ощущали поддержку государства, до поры до времени позволявшего им становиться богаче и богаче. Нередко власть требовала, чтобы банковские капиталы использовались в интересах государства – на покрытие налоговых недоимок, войну или покупку имущества, конфискованного у государственных преступников. За счет изъятия из оборота огромной денежной массы происходили банкротства банков, разорение вкладчиков и, в целом, финансовые кризисы. Когда государство пыталось контролировать процентные ставки, создавалась неуправляемая ситуация, когда кредиторы требовали возврата займов, и дебиторы теряли залоги, их имущество оказывалось конфискованным. Товарный рынок лихорадило, монеты обесценивались, казна пустела.

Со временем государство стала регламентировать деятельность банков. Банки теряли былое могущество, а банкиры превращались в фискальных служащих -  коллектариев. Теперь от них требовалось лишь принимать и обменивать деньги по установленному курсу. Начались мошенничества служащих «банков», страдала государственная казна.

***

После крушения Великой Римской империи потребность в банках не исчезла. В Средние Века на рынках также как и в древние века, существовали ряды менял, где за столами (итал. banco), застеленными зеленым сукном, велась оживлённая торговля деньгами. В Италии появилось знакомое нам слово «банкир» (bancherii).  Итальянцы придумали, как создать платежи «списыванием в книжках банкиров со счета одних на счет других». Римские Папы пытались запретить банкирам давать ссуды под проценты, угрожали суровыми наказаниями, освобождали должников от их обязанностей перед кредиторами. Правители многих городов Италии, боясь вызвать гнев Папы, часто изгоняли банкиров, не забывая при этом лично нажиться на ограблении вкладов. Но проходило время, и банкиры вновь возвращались в города, где нередко давали займы своим гонителям.

В Генуе банкиры успешно кредитовали собственное правительство в связи с началом войны с Алжиром и Тунисом (1148 г.). Они добились права собирать налоги для обеспечения процентов и для уплаты государственного долга. Это продолжалось почти три столетия, когда генуэзские банкиры объединились в «Банк Св.Георгия» (1407 г.), просуществовавший  до 1816 года.

В средневековой Европе у официальных банков имелись конкуренты – «montes pietatis» («благотворительный фонд»). Это были частные залогодержатели, которым разрешалось предоставлять мелкие кредиты нуждающимся людям. В скрытой форме, ростовщичество. Но брали они проценты по кредитам (ссудам) только для покрытия собственных расходов, и их капитал создавался из личных либо публичных пожертвований. Первое такое финансовое учреждение появилось в 1463 году в городе Орвието, следом, в городе Перуджии (1467 г.). В Венецианской республике в 1584 году сенат издал указ об учреждении первого государственного банка. Частным людям теперь запрещалось заниматься банковским делом. В 1609 году городскими властями Амстердама был создан «Амстердамский банк», который впервые в истории установил неизменную счетную единицу, представлявшую собой стоимость определенного количества серебра (211,91 асс) – «банковый флорин».  Этот банк просуществовал до 1795 года.

Купец Вильям Паттерсон, изучив деятельность банков в странах Европы, предложил правительству Англии создать банк, основной капитал которого должен состоять из вкладов акционеров и муниципальных процентных бумаг – в целях обеспечения кредитных операций.  Паттерсон убеждал, что «совсем не нужно полного укрытия золотой монетой всех обязанностей, выпускаемых банком… Достаточно ценных бумаг». В 1694 году появился Банк Англии, первым клиентом которого был король Вильгельм II: ему выдали огромный кредит под 8% годовых. Конкуренции для первого банка Англии не существовало!

Список  известных банков мира можно продолжить. Но история банковского дела начиналась с трапезитов Древней Греции и Рима. Это нужно помнить…

 

Рубрика → Книги

Комментарии закрыты.